Игорь Бутман: «Та музыка, которая является традиционным джазом, во многом получается у нас лучше, чем у европейцев»


ОБ ИГРЕ НА САКСОФОНЕ НА ВОЗДУШНОМ ШАРЕ И ДРУГИХ ВОЗМОЖНЫХ РЕКОРДАХ

- Мы с ребятами говорили после полета об этом. Сейчас закончится эпопея с юбилеем, и можно вернуться к этой идее. С одной стороны, интересно попасть в Книгу рекордов Гиннесса. С другой стороны, это не сравнится с сыгранным хорошим соло или с игрой в хорошей компании. Но это было интересно. Не страшно, но с адреналином. Чтобы поставить рекорд, надо взлетать тысяч на пять. Там же разреженный воздух, кислорода будет не хватать. Действительно, надо быть острожным.

О ДЖАЗОВОМ МИРЕ В ПАНДЕМИЮ

- Выбирается, как и все мы выбираемся. Болезнь еще не отступает, не все вакцинируются по разным причинам. И это, к сожалению, пока задерживает возвращение к обычной жизни. Но мы не теряем оптимизма.

О ЕГО ГРЯДУЩЕМ ЮБИЛЕЙНОМ КОНЦЕРТЕ В КРЕМЛЕ

- У нас будет джазовый оркестр Линкольн-центра во главе с Уинтоном Марсалисом, будут те музыканты, с которыми я в последнее время плотно сотрудничал: Лариса Долина, Сергей Мазаев, Валерий Сюткин. Будет еще петь Фантини, которая уже стала главной солисткой нашего оркестра, и Олег Аккуратов.

О ЛИЧНЫХ ДОСТИЖЕНИЯХ

- Почти все записанные альбомы — моя гордость и мое горе одновременно. (Смеется.) Что-то мне нравится, что-то очень нравится, а что-то я бы изменил, но уже поздно. Я же творческий человек, и творческие поиски меня постоянно мучают. Но я об этом просто не говорю. Вот только сейчас сказал. Мы сейчас не подводим итоги, а думаем, что многое еще предстоит. Несколько интересных альбомов записаны, их надо выпустить. Кое-что еще надо доделать. Ну и придумать то, чего не делал никто. Мы были первопроходцами в каких-то вещах. Пусть не самых революционных, но все же…

О ГЛАВНОЙ ТВОРЧЕСКОЙ ПОБЕДЕ

- Мы первыми начали играть музыку из советских фильмов и мультфильмов. Я записал такой детский альбом с величайшими американскими музыкантами.

О СТРАХЕ ЕВРОПЕЙЦЕВ ПЕРЕД НАШИМИ ДЖАЗМЕНАМИ

- Это так. Они не то чтобы боятся наших музыкантов — это протекционизм. Европа защищает свой рынок, поддерживает своих музыкантов. Конечно, им проще будет получить приглашение на концерты и фестивали, если нет конкуренции. Это все понятно, но нам интересен обмен: мы открываем наш рынок для западных артистов, показываем, что у нас есть интерес к их джазу, и рассчитываем, что наших музыкантов будут активнее приглашать в Европу. Но пока они боятся. Та музыка, которая является традиционным джазом, во многом получается у нас лучше, чем у европейцев. У них очень много музыкантов авангардного направления, это достаточно прохладный, маловиртуозный джаз, но с большой претензией. И порой он не очень интересен даже местной публике